Bidspirit auction | Бронзовый бюст «Голова Давида» Giovanni

Бронзовый бюст «Голова Давида» Giovanni Nisini Европа - конец XIX- начало XX вв бронза, литье, патинирование; мрамор, точение, шлифовка, полировка Имеется экспертное заключение Скульптурный бюст, являющийся усеченной копией головы и плечевого корпуса статуи «Юный Давид», работы скульптора итальянского кватроченто А. Вероккио (1435-1488), ныне установленной в Музее Барджелло, Флоренция. На скульптуре подпись, указывающая имя автора и место создания: «G. Nisini Roma». Качественный уровень изготовления скульптуры соответствует аналогичным образцами художественного литья в указанный период времени конец XIX начало XX вв. Giovanni Nisini - итальянский скульптор, работавший в конце XIX - начале XX вв. Большая часть его работ представляла собой искусные повторения великих скульпторов эпохи античности, художественного литья в указанный период времени конец XIX начало XX вв. Giovanni Nisini - итальянский скульптор, работавший в конце XIX - начале XX вв. Большая часть его работ представляла собой искусные повторения великих скульпторов эпохи античности, (итал. Andrea di Michele Cioni; 1435, Флоренция, Флорентийская республика- 10 октября 1488, Венеция, Венецианская республика) скульптор и живописец эпохи Возрождения, представитель Флорентийской школы. Среди его учеников - Сандро Боттичелли, Пьетро Перуджино, Леонардо да Винчи и Лоренцо ди Креди. Юный Давид (Вероккио) - Верроккьо изобразил Давида в момент триумфа, после победы над Голиафом. Давид в интерпретации Верроккьо это хрупкий, порывистый и заносчивый мальчик паж двора Медичи, одетый в стилизованный в духе античности колет, и причесанный по моде XV века. В решении статуи поражает контраст аристократичной утонченности идеала и отталкивающей натуралистичности деталей. Страшная рваная рана на лбу Голиафа, страдание, исказившее его черты, усиливают драматизм сюжета. Согласно свидетельству современников моделью статуи, возможно, послужил юный Леонардо да Винчи, учившийся в те годы в мастерской у Верроккьо. На смену поэтической обобщенности идеала искусства Донателло, его классичности, приходит гораздо более напряженное и даже жестокое в своей правдивости впечатление.