Bidspirit auction | Сергеев Ю.А. ”Зеленые святки” 2024г.

Сергеев Ю.А. ”Зеленые святки” 2024г. холст, масло - Юрий Алексеевич Сергеев (род.1 апреля 1961,Ярославль)-российский художник, живописец.  -Член-корреспондент РАХ (Отделение живописи с 2009 г.).  -Член Ученого совета Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова. -Заслуженный художник Российской Федерации (2004) -Член Творческого Союза художников России и Международной федерации художников (2003) -Профессор (2003).  О художнике: Юрий Сергеев последователь русской реалистичной школы живописи и традиций итальянского Возрождения. Кроме того, он настоящий знаток истории своей земли и пытается свои знания, свои представления о древней истории выразить на полотне. ”Юрий Алексеевич Сергеев в своих картинах создает глубокие, наполненные духовной силой образы, традиции Руси характерные для России XVII – XVIII веков”  Окончил Московский художественный институт имени В. И. Сурикова (1994), мастерская портрета и исторической живописи профессора И. Глазунова. Профессор кафедры композиции факультета живописи в Российской академии живописи, ваяния и зодчества Ильи Глазунова (с 1993 года). Основные произведения: Пир Ивана IV (Грозного) в Александровской слободе (1994), Праздник урожая. Русь славянская (1990), Волхв. Русь славянская (1989), Бабушкины наряды (1992), Старые письма (1989), Просватанная невеста (2006), Лихач (2006), Первый парень на деревне (2004), Одевание невесты (1993), Кого назовет петух? (1991), Карты скажут, но не все (1991), У ворожеи (1991), Суженый-ряженый, где ты? (1992), Святочный вечерок (1996), Чур, меня! (1991) Награды и премии     • Медаль «В память 850-летия Москвы» (1997)     • Медаль «Достойному» РАХ (2009) Рассказ художника о картине: Полотно раскрывает камерный, почти сокровенный срез народной культуры — не парадный обряд, а тихое, личное переживание традиции. В центре композиции — юная девушка в традиционной одежде: тёмно‑синее платье с мелким узором и яркая накидка с орнаментом. Она склонилась к столу, будто погружена в полудрёму; поза передаёт не столько усталость, сколько момент внутреннего сосредоточения, переходное состояние между бодрствованием и сном. Открытая книга на столе — важный смысловой акцент. В контексте «зелёных святок» (Семика и Троицы) она отсылает к девичьим гаданиям: в старину открывали книгу наугад, а выпавшую строку толковали как предсказание судьбы. Так книга становится здесь не носителем рациональной мудрости, а инструментом сакрального поиска, мостом между знанием и тайной. Веточка зелени, свободно ниспадающая с края книги, усиливает связь с обрядовой символикой: в эти дни дома украшали свежей листвой, а берёзовые ветви наделяли целительной и пророческой силой. Тёмные деревянные стены и насыщенно‑зелёная скатерть создают замкнутое, защищённое пространство, где время будто замирает. Контраст приглушённого фона и ярких деталей костюма подчёркивает значимость фигуры девушки — она словно центр этого тихого ритуала. С точки зрения философии и психологии, картина фиксирует момент «пограничного» опыта: героиня балансирует между миром повседневности (книга, быт) и миром сакрального (гадание, сон, предчувствие). В этом читается размышление художника о природе интуиции и памяти: традиция живёт не в громких обрядах, а в таких тихих, почти незаметных мгновениях, когда человек прислушивается к себе и к голосу предков. Этнографический пласт полотна — в достоверной передаче костюма, деталей и логики обряда — служит не просто иллюстрацией, а способом вернуть зрителю ощущение укоренённости, связи с корнями  .