Bidspirit auction | [Экземпляр К.Н. Михайлова — автора книги

[Экземпляр К.Н. Михайлова — автора книги «Император Александр I. Старец Феодор Козьмич», с многочисленными маргиналиями и запиской] Николай Михайлович, вел. кн. Легенда о кончине императора Александра I в Сибири в образе старца Федора Козьмича. [На рус. и фр. яз]. СПб.: Тип. А.С. Суворина, 19 - Экземпляр К.Н. Михайлова — автора книги «Император Александр I. Старец Феодор Козьмич», с многочисленными маргиналиями и запиской Николай Михайлович, вел. кн. Легенда о кончине императора Александра I в Сибири в образе старца Федора Козьмича. [На рус. и фр. яз]. СПб.: Тип. А.С. Суворина, 1907. 14, 17-40, [2] с., 1 л. факс.: ил. 24,8×16,5 см. В издательской обложке. Обложка отделена от блока, блок рассыпается. Утрата с. 15-16. На обложке владельческая надпись Константина Михайлова, датированная 1907 г., в блоке его обширные маргиналии, оппонирующие автору, приложена записка. Великий князь Николай Михайлович в своей книге опровергает легенду о том, что старец Федор Кузьмич был не кем иным, как удалившимся от мира императором Александром I. Но выдвигает другую версию, что под именем Федора Кузьмича скрывался незаконнорожденный сын Павла I и Софьи Ушаковой (в замужестве — Черторижской, а потом Разумовской) — Семен Великий. Так что сибирский старец и впрямь был представителем семьи Романовых. Издание вышло небольшим тиражом; встречается достаточно редко. Спустя семь лет после издания этой книги Константин Николаевич Михайлов с помощью своего, вероятно, брата, книгоиздателя Н.Н. Михайлова, опубликовал собственную книгу, посвященную той же теме: «Император Александр I. Старец Феодор Козьмич: историческое исследование» (СПб.: Прометей, 1914). В своей записке он пишет: «Странное чувство тоски и разочарования я испытываю сейчас, после того, как вышел в свет мой долголетний труд: „Имп. Александр I — старец Федор Козьмич“. Я отождествляю эти личности и пользуюсь теми историческими материалами, которые имеются в печати. Чувство тоски и разочарования поселяют во мне мои возражатели — их манера возражать, их манера брать предмет не с той стороны, с которой берет автор и освещает предмет своего исследования, а от себя... Я разыскиваю истину, я стремлюсь раскрыть ее, дать ей содержание, а возражатели... сердятся на меня. За что, казалось бы?! Ведь, мы разыскиваем истину, а вы ссоритесь, говорите кислые слова и даете автору и его намерениям не то освещение, которое он желал дать своему труду. Манера провинциального захолустья, а не простора широкой научной терпимости». Минцлов № 735.