Bidspirit auction | Хармс, Д. [автограф] Алвасус. Популярный

Хармс, Д. [автограф] Алвасус. Популярный очерк о реальных творцах и всех творениях [Машинопись с посвящением «моему любимому другу Л.Г. Бадэр]. Москва, 1933 г. [2], 20 с. 22,5×16,9 см. В обложке. Небольшие пятна и надрывы. На титульном листе карандашная надпись, свидетельствующая о принадлежности экземпляра жене Хармса: «Экземпляр Марины Малич / Д.CH». Если встретится мерзавка на пути моём — убью! Только рыбка, только травка та, которую люблю. Только ты, моя Фефюлька, друг мой верный, всё поймешь, как бумажка, как свистулька, от меня не отойдешь. Я, душой хотя и кроток, но за сто прекрасных дам и за тысячу красоток я Фефюльку не отдам! Уникальная неизвестная «заумная» рукопись статьи Хармса о природе творчества, подписанная несуществующим словом «Алвасус». «Сформирование, переформирование и расформирование всех прошлых, настоящих и будущих творений всяких, творится всеми творцами, всюду и вечно, безостановочно, из них же самих всех творцов...». К автографу прилагается экспертное заключение РГБ за подписью зав. сектором изучения особо ценных фондов ЦИПР РГБ, кандидата исторических наук Ю.С. Белянкина: «Архив Даниила Хармса был сохранен благодаря стараниям литературоведа Якова Друскина. Архив представлял собой довольно хаотичное собрание несистематизированных бумаг с текстами Хармса в силу отсутствия у автора и владельца привычки к его сбережению и упорядочиванию, большая часть рукописей сохранилась именно как рукописи, а не машинопись, которой Хармс также не уделял внимания. На титульном листе между названием произведения и посвящением «моему любимому другу Л.Г. Бадэр и местом „издания“ с годом (текст на последней странице датирован декабрем 1933 г.) крупными печатными буквами простым карандашом: „Экземпляр Марины Малич. D[aniel] Ch[arms]“. Очевидно, в надписи подразумевается вторая жена Даниила Хармса Марина Владимировна Малич (ум. 2002), которой он посвятил целый ряд своих текстов. После Великой Отечественной войны Марина Малич оказалась в Западной Европе и США. Надпись нужно рассматривать одновременно и как владельческую, и как своего рода дарственную надпись Марине Малич. Хармс и Малич случайно познакомились в середине 1933 г. Отношения их продлились до 1938-го, когда проявилось глубокое взаимное непонимание, однако вплоть до его смерти в 1942 году их отношения не прерывались окончательно. Подобная латинизированная надпись известна в автографах Хармса. Качество и сохранность машинописи, содержание, стилистика и внешний вид надписи, специфика почерка не противоречат датировке 1930-ми гг. и позволяют считать экземпляр авторизованной машинописью с владельческой надписью-автографом рукой Даниила Хармса. Характерной чертой является также использование Хармсом в автографах крупных заглавных печатных букв наряду с прописными строчными. Рассмотренный документ является (Приказ МК РФ от 18.01.07 № 19) особо ценным документом в связи с его мемориальностью и автографичностью. Документ представляет, несомненно, интерес для государственных учреждений (музеев и архивов) и имеет очевидное коллекционное значение». Провенанс: из архива писателя, мемуариста, лингвиста Льва Васильевича Успенского (1900–1978). В 1930-х годах печатался в детских журналах обэриутов «Чиж» и «Ёж»